Въ связи съ необходимостью

[philtrius]

читать много дѣтскихъ изданiй чувствую себя маленькой реинкарнацiей Бѣлинскаго. Тѣмъ болѣе что — о ужасъ! — обнаруживается серьезное внутренне родство съ симъ столь ненавидимымъ персонажемъ. Господи! неужели я на него похожъ во всемъ?

Comments

Мне он нравится по двум причинам.

[compound-noun.livejournal.com]

- во-первых, он не нравится никому;
- во-вторых, он был, кажется, неплохим публицистом - а я никак не могу взять в толк, почему талант такого рода презирается всеми на Руси.

Re: Мне он нравится по двум причинам.

[philtrius.livejournal.com]

Что такое «неплохимъ публицистомъ»? Я его типъ опредѣляю какъ «чайникъ»: его ставятъ на огонь, и онъ кипитъ и булькаетъ отъ гражданскаго негодованiя. Онъ воплотилъ бы въ чистотѣ сей типъ, не мѣшай ему цензура (подъ конецъ жизни признавался, что литература ему была неинтересна). Для любителей заряжаться тѣмъ же бульканьемъ и кипѣнiемъ онъ хорошъ; но если хочешь что-то понять…

ставили на огонь или он сам его разжигал?

[n-da.livejournal.com]

Да не с Добролюбовым ли Вы его путаете? Какой такой демократ? Политика и демократическая линия в современной литературе - одинакие ль это вещи? А то, что его сделали «предтечей», *гигантом мысли* (т. н. «русской демократической» - которой, imho, и в природе не существует), так стратегии мифотворчества и те, кто к ним прибегает, мало ли кого не пощадят.

Re: ставили на огонь или он сам его разжигал?

[philtrius.livejournal.com]

Читать самого Б. въ большихъ количествахъ — свыше моихъ силъ. Признаться, давненько я въ него не заглядывалъ, да, думаю, для познанiя Б. его сочиненiя — не лучшiй матерiалъ. Въ свое время моей подушечной книгой былъ сборникъ «Б. въ воспоминанiяхъ современниковъ» — такъ, кажется, онъ называется — и этихъ позднихъ признанiй въ ненужности всѣхъ своихъ литературныхъ трудовъ и въ томъ, что политика и жизнь общества даютъ больше пищи уму, кажется, достаточно. И относительно способности зажигаться — его дурацкiй разсказъ о мальчикахъ-неграхъ въ Турцiи выводилъ изъ равновѣсiя. Естественно, его ставили на огонь всѣ кому не лѣнь — отъ Шевырева (отрицательно, самимъ фактомъ существованiя) до Герцена.