(no subject)

[philtrius]

Опять-таки не самый интересный изъ моихъ постовъ вызвалъ весьма оживленную дискуссiю. И для меня весьма любопытную.
Болѣе же всего меня удивляетъ, что у Бѣлинского (гимназическое прозвище, которое мнѣ очень нравится, — Брынскiй козелъ, точнѣе, Бѣлинскій — козелъ Брынскiй) есть весьма квалифицированные защитники. Помнится, въ томѣ ЛН, посвященномъ ему, апологету приходилось прибѣгать къ такой аргументацiи: въ университетѣ Б. не могъ выучить языкъ, ибо преподавали его неправильно: заставляли зубрить слова и грамматическiя правила…
Сухой остатокъ таковъ: латынь — въ рамкахъ весьма убогаго до 1828 г. гимназическаго курса, безъ внутренняго интереса и безъ продолженiя.
Французскiй — низшая отмѣтка въ университетѣ, позднее изученiе самоучкой (кажется, съ опредѣленными навыками чтенiя).
Нѣмецкiй — почти равное нулю гимназическое начало, не нашедшее продолженiя. Были, кажется, студенческiе попытки изучать англiйскiй. Результатъ все тотъ же — нулевой.
Просмотръ бездонныхъ массъ макулатуры съ необходимостью быстро писать о ней — одинъ изъ самыхъ неудачныхъ способовъ самообразованiя, ибо властно прiучаетъ къ халтурѣ и поверхностности, дѣлая ихъ условiемъ выживанiя.
Былъ ли Б. хорошимъ журналистомъ? Другой Б. предрекалъ отъ его руки смерть третьяго журнала; и если этого не произошло, то, навѣрно, изъ-за Краевскаго.

Comments

[therese-phil.livejournal.com]

Болѣе же всего меня удивляетъ, что у Бѣлинского (гимназическое прозвище, которое мнѣ очень нравится, — Брынскiй козелъ, точнѣе, Бѣлинскій — козелъ Брынскiй) есть весьма квалифицированные защитники.

История литературы - не трибунал и ее персонажи не нуждаются ни в обвинителях, ни в защитниках, ни в приговорах, но лишь в понимании и незабвении.

[philtrius.livejournal.com]

Право же, пониманiе Б. — не слишкомъ сложная задача. Вопросъ источниковъ нѣсколько сложнѣе. Кстати, обнаруживъ пресловутый Hallische Jahrbücher въ библiотекѣ Грановскаго, подумалъ, что неспроста, хотя надо провѣрять. Самъ не буду — не моя тема.
Забывать Б. историкамъ литературы нельзя, а вотъ остальнымъ онъ, думаю, безъ надобности. Ну и намъ не всегда же быть филологами — зачѣмъ отказывать себѣ въ правѣ на оцѣнку?

[therese-phil.livejournal.com]

Да дело не столько в понимании Б. (действительно, он сам не слишком сложен), а в понимании того парадигматического культурного слома, который он знаменовал собой. Слома в типе образованности, в отношении к лит-ре, в социальных воззрениях и референциях, etc., etc. И в этом смысле его писания (не только его, конечно же) и реакция на них современников оч. важны: он - для своей эпохи - был одним из тех пробирных камней, по которым яснее опознаются "субстанциональные" свойства культурных феноменов, его окружающих.

Ну, а позлобствовать, конечно, можно. Впрочем, у меня и Шевырев с Погодиным - вне филологического контекста, конечно - вызывают изрядную иронию. Один - энтузаиастическим педантизмом (простите за оксюморон), а другой - мелочным тщеславием и суетливостью.

[philtrius.livejournal.com]

Сломъ, по-моему, тоже не слишкомъ сложенъ. Самъ Б. столько разъ ставилъ своихъ знакомыхъ передъ необходимостью выбора и рвалъ личныя прiязни принципiальными вопросами, что все это хорошо просматривается.
Погодина защищать не буду. А относительно Шевырева — при не слишкомъ привлекательной оболочкѣ (отмѣтимъ, однако, злобную несправедливость соловьевской характеристики) у него было мощное субстанцiальное ядро. И онъ, конечно, въ отличiе отъ Б. человѣкъ умный.