philtrius

Какъ извѣстно читателямъ сего журнала, его авторъ любитъ издѣваться надо всѣмъ высокимъ и прекраснымъ. А пользуясь служебнымъ положенiемъ педагога, учитъ тому же и невинныхъ дѣтишекъ.
Это обсужденiе навѣяло воспоминанiя объ одномъ спектаклѣ, который ставили ученики моего класса. Давно, лѣтъ десять тому назадъ. Въ спектаклѣ былъ представленъ инквизицiонный трибуналъ со своими жертвами; одной изъ нихъ былъ Галилей. Вотъ онъ излагаетъ аргументъ въ пользу шарообразности Земли; на это одинъ изъ членовъ судилища отвѣчаетъ: «Вѣсомый аргументъ. Но у насъ есть еще вѣсомѣе». Другой подхватываетъ: «Эй, стража! Колодку сюда въ три пуда!». На следующую реплику отвѣтъ таковъ: «Острый доводъ. Но у насъ есть еще острѣе. Эй, ложе сюда, утыканное гвоздями!».
Не знаю, хотѣлъ ли бы я увидѣть Дарвина передъ такимъ судилищемъ. Къ наукѣ онъ отношенiя не имѣетъ, и въ любомъ случаѣ его бы не было жаль. Хотя, конечно, спорить надо умѣть и на другомъ уровнѣ. Вотъ только мнѣ совершенно лѣнь этимъ заниматься. Съ креацiонистской позицiи меня сбить невозможно, и аргументы противъ нея меня не интересуютъ.